Главная Благолента Елизавета Мамонтова - благотворительница из среды фабрикантов

Елизавета Мамонтова - благотворительница из среды фабрикантов

Импульс добра

Вторая половина XIX века ознаменована появлением целой плеяды купеческих династий, занятых, помимо управления фабриками и новомодного по тем временам строительства железных дорог, делами меценатства. Активная поддержка творческой русской богемы шла рука об руку с промышленностью. Такая деятельность не просто сочетала несочетаемое. Две ее стороны - коммерческая и творческая - прекрасно дополняли друг друга.

Одними из таких “русских Медичи” были С.И. Мамонтов и его супруга Елизавета Григорьевна. И если Савва Мамонтов видел своей целью развитие искусства в нашей стране (в частности, оперы, живописи и театра), то для Елизаветы Григорьевны делом всей жизни стала всесторонняя помощь крестьянству, забота о будущем деревенских детей и возрождение кустарных русских ремесел.

Воспитанная на Тургеневе

Будущая благотворительница родилась в 1847 году в семье Григория Григорьевича Сапожникова и его супруги Веры Владимировны (в девичестве Алексеевой). Отец Елизаветы в 1830 году организовал весьма успешное производство шелковых и парчовых тканей, причем в это дело он вложил все нажитые на торговых операциях средства. Фабричные ткани (в том числе, мебельные) выпускались превосходного качества, что неоднократно отмечалось на выставках в 40-е гг. XIX века. Из штофа, атласа и парчи, производимых фирмой, шили знамена и облачение для высшего духовенства России. В 1845 году Г.Г. Сапожников изобрел технику узорного тканья на материи; к тому времени его фабрика уже славилась по всей стране и за ее пределами, неизменно присутствовала на престижных выставках и получала государственные заказы.

Своего талантливого и деятельного отца Елизавета никогда не знала - Григорий Григорьевич скоропостижно скончался в возрасте 37 лет незадолго до рождения дочери.

За дело принялась мать Елизаветы. Овдовев в 24 года, она не пожелала возвращаться в родительский дом или заключать новый брак, а с энтузиазмом стала продолжать дело горячо любимого супруга. Фабрику она переименовывать при этом не стала, и парчовая мануфактура до совершеннолетия старших сыновей Веры Владимировны носила имя Григория Григорьевича.

Работа помогала молодой женщине справиться с трагедией потери мужа. Она скрупулезно вникала в тонкости производства, изучала техники, контролировала весь процесс выпуска тканей, от сырья до готовой продукции. Неудивительно, что спустя два года, на выставке в Санкт-Петербурге ее ткани были признаны лучшими, а спустя еще два фабрика Сапожниковой вышла на международный уровень.

Кипучая энергия обоих родителей не могла не передаться дочери. Елизавета Григорьевна, отличавшаяся спокойным, серьезным и вдумчивым характером, выросла не менее инициативной, деятельной и упорной в достижении целей. Все эти качества помогли ей с успехом воплощать идеи, несмотря на бюрократические проволочки, отнимавшие много сил и времени.

Родители Елизаветы - Вера Владимировна Алексеева и Григорий Григорьевич Сапожников

Как и ее современницы, девушка увлекалась чтением произведений современных ей писателей. Сама она считала себя воспитанной на романах И.С. Тургенева и поддерживала мысль о том, что женщина должна и может делать свой собственный свободный выбор. В этом Елизавета была похожа на мать, сумевшую продолжить дело почившего супруга и даже приумножить его. Впоследствии Елизавета Григорьевна своей жизнью сумела воплотить образ истинной русской женщины, воспетый классиками XIX столетия.

Все дети Веры Владимировны получили блестящее образование. Елизавета Григорьевна изучала литературу, математику; как было принято в аристократических, а теперь и в купеческих семьях (к XIX веку сословная грань между дворянством и зажиточными фабрикантами практически стерлась), девушка изучала искусство. Наибольшую любовь она испытывала к музыке.

Тонко чувствующая творческую, родственную душу, Елизавета самостоятельно сделала свой главный жизненный выбор. Во время путешествия по Италии девушка знакомится с третьим сыном купца Ивана Федоровича Мамонтова - Саввой, будущим железнодорожным магнатом и выдающимся меценатом. Савва Иванович всерьёз увлекался искусством, особенно театром, музыкой, живописью и скульптурой - на фоне общих увлечений он быстро сошелся во взглядах с Лизой Сапожниковой и сделал ей предложение.

Отец Саввы, до той поры негативно переживавший творческие “сумасбродства” своего отпрыска, оценил выбор сына, как “правильный и достойный”. Несмотря на свою строгость (порой, чрезмерную), проявляемую им в воспитании собственных сыновей, к невестке Лизе Иван Федорович относился с любовью и нежностью.

Венчание творческой четы из семей фабрикантов состоялось в родовом имении Мамонтовых Киреево (ныне левобережный район подмосковных Химок), в церкви в честь преподобного Сергия Радонежского. После революции и в последние годы усадьба была полностью уничтожена, и на сегодняшний день о ее существовании напоминает лишь фундамент церкви.

На средства, полученные Елизаветой Мамонтовой в качестве приданого, молодая семья приобрела имение Аксаковых Абрамцево, неподалеку от Сергиева Посада, которое было выставлено на продажу после смерти Сергея Тимофеевича и его сына Константина.

 

 

Чета Мамонтовых со старшим сыном Сергеем, 1868.

Благотворительница из Абрамцево

Выбор на Аксаковскую усадьбу пал не случайно - сыграло свою роль и удачное расположение (имение находится в непосредственной близости от Ярославской железной дороги, тогда называвшейся Сергиевской, построенной под руководством отца Саввы Мамонтова), и то, что бывший ее владелец был известным писателем, с чьим именем был связан целый пласт литературной истории страны. Сам Иван Сергеевич Тургенев при жизни Аксакова неоднократно бывал в Абрамцеве.

Серый дом с красной крышей был в запустении и требовал перестройки, но красота и первозданность абрамцевской природы навсегда покорила чету Мамонтовых. С тех пор усадьба стала центром русского искусства, сюда стекались знаменитые и начинающие художники, скульпторы, актеры, певцы. Здесь подолгу бывали художники Репин, Врубель, Поленовы, Серов, Коровин, певец Шаляпин, скульптор Антокольский: весь цвет художественной и музыкальной России; знаменитые театральные режиссеры, композиторы, актеры и актрисы.

Хозяин и хозяйка Абрамцева разнились складом характера. Импульсивный Савва Иванович привлекал к себе яркие, эмоциональные таланты, в то время как к Елизавете Григорьевне стремились люди спокойные, вдумчивые, чуткие. Расходились супруги и в занятиях. Савва Иванович, не оставляя основной деятельности - железнодорожной промышленности, - с головой ушел в меценатство, давая шанс молодым талантам найти себя и по-настоящему раскрыться в сфере искусства. Елизавета Мамонтова больше ратовала за судьбу родной земли, русского крестьянства и кустарных промыслов, постепенно уходивших в небытие на фоне всеобщего прогресса промышленности. Идеей будущей благотворительницы было не только возродить традиционные ремесла, но и позаботиться о людях, которых планировалось задействовать в этом деле.

Понимая, насколько важно обеспечить простому люду достойный быт, Елизавета Григорьевна построила лечебницу для окрестного крестьянства. Небольшая больница была рассчитана на одновременное пребывание в ней десяти пациентов.

Позже в Абрамцеве была организована изба-читальня для крестьян. Работа над открытием учреждения во всей полноте столкнула Елизавету Мамонтову с чиновничьими препонами - ей пришлось пройти немало кругов бюрократических мытарств. Проводились изыскания касательно мотивов создания читальни, проверки библиотечного фонда, предлагаемого читателям к ознакомлению. Многомесячная переписка и получение множества разрешений предварили окончательное согласие властей на открытие библиотеки.

И.Е.Репин. "Абрамцево", 1880.

Особой заботой благотворительницы пользовались дети. Многие крестьянские семьи не могли позволить себе их обучение. 1873 год ознаменовался открытием в соседней деревне Быково школы для девочек, спустя 9 лет заработала мастерская для обучения мальчиков столярному делу и резьбе по дереву. В оба заведения принимались дети из крестьянских семей и сироты. Елизавета Григорьевна стремилась обеспечить им достойное будущее, обучая ремеслу и в то же время сохраняя на Руси традиционное ремесленное искусство.

Изделия абрамцевских мастеров реализовывались через лавку, которую Мамонтова держала в столице. При этом школы не всегда выходили на самоокупаемость, и все же  ученики - и мальчики, и девочки - материалы и школьные принадлежности получали бесплатно. Частенько для поддержания работы школ Елизавета Григорьевна вкладывала в них собственные средства.

Супруга мецената не просто занималась организацией своих школ - она живо интересовалась учебным процессом, нуждами и потребностями мастеров, учителей и самих учеников. Зачастую Мамонтова принимала участие в аттестациях и собственноручно экзаменовала своих подопечных.

Материальное и духовное было неразрывно связано в деятельности Елизаветы Григорьевны - здесь одно дополняло другое. Бытовые заботы о людях были важны, но не менее важным абрамцевская хозяйка считала попечение о душах окружающих, об их духовно-нравственном состоянии. Так, добираться в хотьковский храм крестьянам подчас было невозможно - например, во время половодья. И Мамонтова принялась строить храм во имя Нерукотворного Образа Спасителя, который был освящен в тот же год, что открылась школа-мастерская для мальчиков - в 1882 г. Авторами проекта будущей церкви выступили друзья семьи - художники В.Д. Поленов и В.М. Васнецов.

Е.Г. Мамонтова и В.М. Васнецов. 1890-е.

Белокаменный Спасский храм и сейчас действует в Абрамцеве. У его стен погребены супруги Мамонтовы, их дочь Вера и внук Сергей.

Дело жизни

С трепетом и любовью Елизавета Григорьевна подходила к каждой своей задумке и всегда доводила начатое до завершения, не упуская из виду ни малейшей детали. Культурное просвещение народа, его образование, забота о здоровье и душе - Мамонтова считала важными все сферы. А на фоне этого второе дыхание обретали исконные русские ремесла. Этим женщина отличалась от своего супруга, который был не столь щепетилен. Так, ставя в Абрамцеве оперные концерты, он мог упустить из виду множество мелких, но важных деталей или даже отказаться от генеральных репетиций. Однако, помимо прочего, внимания Саввы Ивановича требовала железная дорога - в промышленные дела мужа Елизавета, в отличие от матери, не вникала.

А.М. Васнецов. "Абрамцевские дали", 1880-е.

Окруженная творческой элитой страны, ежедневно занятая заботами о лечебнице и мастерской, Елизавета Мамонтова много любви отдала своим детям - их в семье было пятеро. Именно родные, друзья и ее “детище” помогли хозяйке Абрамцева пережить тяжелые времена - слухи о связи мужа с одной из артисток основанной им русской частной оперы, крах и разорение Саввы, громкий процесс. Потрясения не обошли Елизавету Григорьевну стороной, но справиться с ними она сумела в том числе благодаря занятости семьей и непростым руководством созданными ею учреждениями.

Труд на благо народа не может уйти без следа. Основанная супругой Саввы Ивановича школа для девочек просуществовала чуть более тридцати лет, но на базе столярной мастерской со временем образовалось полноценное учебное заведение, которое действует и поныне. Это Абрамцевский художественно-промышленный колледж имени В.М. Васнецова. А по особым датам совершаются богослужения в построенном Мамонтовой храме Нерукотворного Спаса.

Абрамцевский художественно-промышленный колледж имени В.М. Васнецова

По сей день живет дело благотворительницы, как светлая память о русской женщине, сумевшей всей жизнью воплотить свое призвание не только как мать и спутница промышленника-мецената, но и как талантливый организатор, небезразличный к судьбе родной страны и русского народа.

Оставить пожелание